Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками

Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками

Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками

Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками

Эстония – страна небольшая: площадью примерно 45 тысяч км2 (пятая часть Беларуси) и населением около 1,3 млн. человек (меньше, чем в Минске). Здесь красиво и чисто, города и села ухожены, чувствуется хозяйская забота и порядок. Замечательная природа: хвойные и лиственные леса, побережье Чудского озера, пляжи Балтийского моря (порой, к сожалению, хмурого и неприветливого), и, конечно, знаменитые острова Хийума и Саарема, куда направляют свои стопы многие туристы, приезжающие в страну эстов.

Господствующей религией в Эстонии являлось лютеранство, но в наши дни слово «господствующий» потеряло свой смысл: большинство жителей этого прибалтийского государства относит себя к нерелигиозным людям. Так, по данным последней переписи населения (2012), приверженцами конкретной религии считают себя 29% населения страны в возрасте 15 лет и старше (320 827 человек). Самое интересное, что на первое место по принадлежности к определенной религии вышли православные с численностью в 177 тысяч человек. Далее следуют лютеране и римо-католики. Таким образом, по числу фактических приверженцев определенной конфессии Эстония, по сути, стала православной страной.

До развала СССР в Эстонии свидетельствовала о Православии Таллинская епархия Московского Патриархата. В 1990-е годы здесь произошел раскол, причем раскольники, отделившиеся в 1993 году от Москвы, были признаны государством как преемники Эстонской Апостольской Православной Церкви (действовавшей до 1941 года). В 1996 году они были приняты под омофор Константинопольского патриарха. Именно раскольникам была возвращена значительная часть собственности, конфискованной в советские времена. Приходы, сохранившие верность Московскому Патриархату, несколько лет были лишены государственной регистрации и находились по сути на полулегальном положении. Только в 2002 году государство зарегистрировало церковную структуру Московского Патриархата, согласившись с названием «Эстонская Православная Церковь».

Таким образом, сейчас на эстонской земле параллельно действуют две юрисдикции: Москвы (31 приход) и Константинополя (60 приходов). Приходам Константинопольского Патриархата усвоено наименование «Эстонская Апостольская Православная Церковь». ЭАПЦ разделена на три епархии, в которых служат 30 священников и 9 диаконов. Автономный статус Церкви, возглавляемой митрополитом Стефаном (Хараламбидисом) признается эстонскими властями, но отвергается Московским Патриархатом. В то же время Эстонская Православная Церковь Московского Патриархата (предстоятель – митрополит Корнилий (Якобс)) признается и властями, и главой ЭАПЦ как обычная структура Русской Церкви и в этом качестве отчасти воспринимается как иностранная (что, конечно, принижает статус ЭПЦ МП в Эстонии). В Эстонской Православной Церкви две епархии: Таллинская и Нарвская; в них несут служение 45 священников и 13 диаконов. Около 85% православных верующих Эстонии принадлежат юрисдикции Московского Патриархата. К сожалению, ЭПЦ МП до сих пор не может добиться реализации своих прав на конфискованное при советской власти имущество.

Православным Эстонии приходится жить в этих непростых условиях, когда еще памятны самые болезненные моменты церковного раскола и ощутимы его последствия. Но даже при таких обстоятельствах они исполняют свою миссию, не забывая о том, что главное для христиан – это проповедь Евангелия и покаяния, обращенная ко всем, кто желает ее слышать. Об этих людях и об их служении мне и хотелось рассказать в серии статей о Православии в Эстонии, первая из которых посвящена приходам на востоке страны.

Нарва: центр новой епархии

Нарва – самый крупный город востока Эстонии и третий по величине в стране (после Таллина и Тарту), с населением более 60 тысяч человек. Это приграничный город. К востоку от него, за рекой Нарова, находится Россия и небольшой город Ленинградской области Ивангород. Границу можно пересечь как на транспорте, так и пешком.

Именно здесь, в пограничье, особенно бросается в глаза разница в организации жизни двух государств. Возможно, это только внешнее впечатление, но факт остается фактом: если в Нарве хорошие дороги, чистые улицы и аккуратные дома, то в Ивангороде – разбитый асфальт, ветхие, порой вызывающие ужас своим видом постройки и поросли дикой растительности. «Неужели нельзя было навести элементарный порядок и придать минимальный лоск хотя бы вблизи границы с Евросоюзом?» – грустно подумал я, когда перешел через эстонско-российский мост и ступил на русскую землю.

Впрочем, мое знакомство с Ивангородом было недолгим. В тот же день я вернулся в Нарву, где живут те же русские люди (более 80% нарвичан – русские), но где ответственности и порядка почему-то намного больше, чем у соотечественников за пограничным столбом. Именно в Нарве находится центр Нарвской епархии, новосозданной структуры в составе Эстонской Православной Церкви. Епархия включает в себя 10 приходов, в которых служат 14 священников и 3 диакона. Управляет епархией владыка Лазарь, переведенный в Эстонию из Мордовии.

Справка. Епископ Лазарь (Гуркин) родился в 1969 году в селе Старое Дракино Ковылкинского района Мордовии. После службы в армии нес послушание алтарника в Никольской церкви поселка Колопино Краснослободского района Республики Мордовия. В апреле 1991 года рукоположен в иеромонаха. Служил в Мордовии. С 2000 года – наместник Иоанно-Богословского Макаровского монастыря г. Саранска, секретарь Саранского епархиального управления. Духовное образование получил в Самарской духовной семинарии и Московской духовной академии. В июле 2009 года хиротонисан во епископа Нарвского, викария Таллинской епархии. В мае 2011-го назначен правящим архиереем новообразованной Нарвской епархии с титулом Нарвский и Причудский. Является также настоятелем Воскресенского кафедрального собора в Нарве.

Один из священников Нарвской епархии поведал мне, что назначение епископа Лазаря в Эстонию было в какой-то мере моментом политическим, связанным с этническим родством между эстонцами и мордвинами. Эстонские власти, по мнению батюшки, могли быть более благосклонны к архиерею, для которого близка эстонская культура и эстонский язык. «Что это – предположения или реальность?» Я, конечно, не преминул задать нарвскому владыке этот вопрос.

– Частично это соответствует действительности, но только частично, – ответил епископ Лазарь. – Прежде всего, была просьба митрополита Корнилия о назначении викарного епископа. Священноначалие решило, что архимандрит Лазарь должен быть в Эстонии. Затем было принято решение, чтобы я возглавил Нарвскую епархию.

– Я приехал в Эстонию в 2008 году и по благословению Святейшего поселился в Пюхтицком монастыре, прожив там около года, – вспоминает владыка. – Мои первые впечатления были самыми хорошими: чудесная погода, доброе отношение сестер монастыря, материнская забота приснопамятной игумении Варвары. Много я беседовал с отцом Самуилом, служащим в монастыре. Он эстонец, очень порядочный человек и пунктуальный.

– Вы поселились в монастыре, чтобы таким образом ближе познакомиться с Православием в Эстонии? – предположил я.

– Не совсем так, – уточнил владыка. – Я знакомился не только с эстонским Православием, но и с самой страной – с народом, бытом, культурой. И, конечно, с церковной жизнью. Всё-таки в Эстонии она более равномерно развивается, более спокойно (по сравнению с теми регионами, где я ранее нес послушание). Ведь Эстония в своей основе лютеранская страна. Здесь не может быстро развиваться Православие, потому что православных не так много.

После назначения викарным архиереем владыка Лазарь прибыл в Нарву – именно там было определено место его проживания.

– В Нарве меня представлял митрополит Корнилий, – говорит мой собеседник. – Состоялось совместное богослужение, меня очень тепло встретили. Митрополит вернулся к себе в Таллин, а я остался нести здесь послушание. Викарным архиереем было легче служить, чем управляющим епархией. Владыка Корнилий давал мне поручения, я их с радостью выполнял. На этом мое послушание заканчивалось. Сейчас же приходится принимать самостоятельные решения: о рукоположении в священный сан, о переводе священников на новое место службы, по другим важным вопросам. Ответственность полностью лежит на правящем архиерее, а когда больше ответственность, тогда и напряжение больше.

– Но какой был в принципе смысл разделять немногочисленную Эстонскую Церковь на две епархии? – интересуюсь я.

– Смысл в том, чтобы в этом регионе более самостоятельно развивалась церковная жизнь. Но мы еще не имеем юридического статуса. В мае 2012 года в Таллине состоялся собор нашей Церкви, на котором были внесены поправки в Устав, разрешающие создание новых епархий. Проблема в том, что законы Эстонии не дают нам права образования новых епархий. Собор обратился к властям с ходатайством внести поправки в законодательные акты.

– Значит, потребуется еще согласие Парламента Эстонии?

– Да. Но фактически две епархии – Таллинская и Нарвская – уже давно отдельные. Мы активно развиваем в нашей Нарвской епархии церковную жизнь. Совершили несколько священнических хиротоний. Начали строительство третьего храма в Нарве – во имя святых Мефодия и Кирилла. Планируем восстановление храма в городе Нарва-Йыэсуу, взорванного в годы войны. Так что работа ведется.

– Находите ли вы понимание со стороны светских властей?

– Городские власти нас полностью поддерживают. Все-таки в Нарве большинство населения – православные христиане. Строительство нового храма вызывает только одобрение, ведь Церковь воспитывает в человеке добрые, благородные чувства: почтение к старшим, уважение к святыне, уважение к своей родине. Любой приход – это очаг культуры, как духовной, так и, пожалуй, светской.

– Но, невзирая на доброе отношение местных властей, вам пока не удалось вернуть Воскресенский кафедральный собор в собственность епархии…

– Этот вопрос надо решать не на местном, а на высшем, правительственном уровне. И с участием митрополита Корнилия. Мы были бы только рады, если бы вопрос действительно разрешился, – подчеркнул епископ Лазарь.

– Владыка, а вы уже овладели эстонским языком?

– Частично. Но во время богослужений мы используем эстонский язык, потому что живем в суверенной Эстонской Республике. Даже в Нарве, где практически нет прихожан-эстонцев, несколько прошений ектении произносим на эстонском, «Отче наш…» читаем по-эстонски… Всё-таки надо подчеркнуть, что у нас эстонское Православие.

Вместе с тем владыка признает, что в его епархии православных эстонцев очень мало. Видимо, отчасти это связано с тем, что сам регион более русский по своему национальному составу. Но даже в таком регионе, где процент православных выше, чем в целом по Эстонии, чувствуется нехватка духовенства.

– Конечно, у нас есть миряне, желающие принять священный сан, – объясняет епископ. – Мы отправляем наших юношей учиться в Россию, в духовные школы. К сожалению, мало кто возвращается. Обычно они там принимают сан и служат в российских епархиях. Но тем, кто возвращается, мы очень рады: образованные кадры нам нужны.

– Но разве у вас не действует правило, согласно которому выпускник семинарии обязан вернуться в распоряжение архиерея, рекомендовавшего его к поступлению? – удивляюсь я.

– Такое правило, конечно, существует. Но митрополит обычно не настаивает на возвращении, если выпускники желают остаться в России. Некоторые из них принимают монашество, и нам тем более сложно заставить их вернуться: ведь у нас нет мужского монастыря. Пюхтицы имеют статус ставропигии и подчинены непосредственно Святейшему Патриарху.

– А есть ли у вас планы по открытию монастыря в епархии?

– Да, есть планы открыть мужской монастырь. Но нужно искать место для монастыря и, конечно, игумена, который смог бы должным образом организовать монастырскую жизнь. Проблема в том, что подходящей кандидатуры пока еще нет.

В целом, как отметил владыка, служение архиерея в Эстонии несколько проще, чем в России. В Нарвской епархии гораздо меньше приходов, чем в средней епархии в России, кроме того, они малочисленны. Поэтому, по оценке епископа Лазаря, «наша церковная жизнь более спокойная; можно сказать, что с духовенством сложились добрые, почти что семейные отношения». Конечно, непросто работать в условиях нехватки приходского духовенства, да и финансовое положение в епархии, по словам владыки, пока не позволяет реализовать некоторые проекты. Но это всё текущие вопросы, которые, можно надеяться, будут решаться по мере развития епархиальной жизни в восточной Эстонии.

Йыхви: храм, в котором служил патриарх Алексий

Йыхви – небольшой город на северо-востоке Эстонии, с населением около 13 тысяч человек, из которых примерно половину составляют русские. Город находится в часе езды от Нарвы, а вот до Таллина на автобусе нужно добираться два с половиной часа. Также в обоих направлениях ходят электрички, но очень редко: железнодорожный транспорт в Эстонии пребывает в упадке. Кстати, с Йыхви начинается история создания Пюхтицкого монастыря: именно здесь была образована женская монашеская община, которую в 1891 году перевели в Куремяэ.

Богоявленская Церковь в Йыхви находится рядом с автостанцией – очень удобно для экскурсантов, паломников и просто гостей. Нынешний храм был построен в конце XIX века – в 1895 году. Храм был открыт всегда – и в годы военного лиха, и во времена господства «научного атеизма». Именно в Богоявленской церкви начинал свое священническое служение в 1950 году Алексий Ридигер, будущий патриарх Московский и всея Руси. Многие богомольцы, направляющиеся в Пюхтицы (а их путь, как правило, лежит через Йыхви) считают своим долгом помолиться в храме, где больше семи лет возносил свои молитвы к Богу будущий предстоятель Русской Церкви, столь много сделавший в 1990-е годы для ее возрождения. В храме есть памятная табличка, извещающая о служении здесь патриарха. Живы люди, которые помнят Святейшего как приходского священника. Наверное, немногие из них предполагали в 1950-е годы, что молодой иерей, прибывший в Йыхви, станет через четыре десятилетия во главе Русской Православной Церкви.

Сейчас Богоявленский храм живет обычной приходской жизнью, на которой сказывается ситуация, сложившаяся сегодня в восточной Эстонии. Люди массово покидают эти места: работу найти сложно, жить зачастую не на что. Уезжают и эстонцы, и русские. Кто-то стремится в Таллин, другие едут за пределы страны. Что ж, эмиграция – естественная составляющая жизни, известная еще с ветхозаветных времен.

В Богоявленской церкви служат три священника: протоиерей Александр Вершинин, иерей Александр Крушевский и иерей Андрей Суслов (настоятель). В этом году отцу Андрею исполнилось 30 лет. Он уроженец здешних мест, храм посещает с 10 лет.

– Как это бывает во многих семьях, в церковь меня привели бабушка и дедушка, – рассказал отец Андрей, когда мы беседовали с ним в храме. – Священник взял меня помогать в алтарь. С тех пор я в алтаре и остался. К последним годам учебы в школе твердо решил, что пойду в семинарию. По милости Божией, с первого раза поступил в Санкт-Петербургскую духовную семинарию и в 2006 году успешно завершил пятилетний курс обучения.

В том же году митрополит Корнилий рукоположил Андрея Суслова в диакона, а в 2008 году состоялась священническая хиротония. Батюшка служил в йыхвиском храме и одновременно исполнял обязанности настоятеля церкви святителя Николая в городе Муствеэ, что у Чудского озера. Настоятелем Богоявленской церкви он стал в 2009 году.

– Напряженное было время, приходилось ездить в Муствеэ и служить в Йыхви, – вспоминает отец Андрей. – В Муствеэ сильны старообрядческие традиции, даже на кладбище там трое ворот: для православных, старообрядцев и лютеран. При мне три семьи вернулись в Православие из старообрядчества, но для них это было непростое решение. Они говорят, что хотели бы вместе с родными лежать на кладбище, а православного рядом со старообрядцем не похоронят. Я им старался объяснить, что главное – это быть в Царствии Божием, а уже кто и где находится на кладбище, это второстепенный вопрос… Только в 2012 году меня освободили от обязанностей настоятеля Никольского храма, и я смог всё время уделять служению в Йыхви.

Приходская жизнь в городе идет обычным, размеренным образом: регулярные службы в выходные и праздничные дни (на воскресные литургии приходит 150–200 человек), воскресная школа для детей, социальное служение и образовательные программы. Правда, молодежи в храме немного, как и в большинстве других приходов Эстонии (и не только Эстонии).

– На самом деле интерес у молодежи к Православию есть, – говорит батюшка. – Из школ к нам приходят с экскурсиями. Но ведь немало зависит от семейных условий, от воспитания детей. К сожалению, многие семьи совсем не обращают внимания на церковное воспитание.

– Но вы ведь посещаете школы, выступаете там?

– Да, договариваемся с администрацией, собираем детей по группам, в зависимости от возраста и тематики беседы. Но получить разрешение на проведение занятий непросто. Хотя, наверное, есть некоторая тенденция к тому, чтобы в школах преподавались основы религиозной культуры, пусть даже факультативно. Другое дело, что нам, православным священникам, нужно еще иметь педагогическое образование, чтобы идти в школу. А при решении вопроса о преподавании религии в школе надо иметь в виду, что вокруг много сектантов, которые пытаются занять эту нишу. Например, накануне Рождества детям в одной школе раздали литературу Свидетелей Иеговы. Всё это произошло без ведома родителей, которые, узнав, были очень возмущены.

– Скажите, а проблема раскола как-то коснулась города? – интересуюсь я.

– Явных проблем не было, но получить храм в собственность мы не смогли. Являемся арендаторами. Правда, срок аренды – 99 лет, но всё равно не знаешь, что нас ждет в будущем. Может быть, какие-то перемены произойдут в лучшую сторону, но этот вопрос надо решать на высшем уровне.

– Нынешний мэр города – эстонец или русский? И как он относится к Церкви?

– Мэр – эстонец, но он очень дружелюбно к нам относится. К примеру, в прошлом году мы обновляли купола на храме, и город предоставил половину необходимой суммы. Они нам помогли, потому что считают церковь архитектурным памятником, украшением Йыхви.

Мне было интересно также узнать, в чем батюшка видит отличия в служении священника в России и Эстонии. Конечно, в священный сан он был рукоположен в Эстонии, но всё-таки пять лет семинарской жизни в Петербурге помогли ему узнать об иерейском служении в российских землях.

– Думаю, что священник, как воин Христов, должен везде ответственно проходить свое служение, – подчеркнул отец Андрей. – Пожалуй, разница между Петербургом и Йыхви в том, что сами города очень не похожи друг на друга. Петербург – большой город, не всегда можно везде успеть, особенно если что-то нужно сделать оперативно (например, причастить тяжело больного человека). В Йыхви жизнь более размеренная, всё, в принципе, рядом. Вот в этом, пожалуй, основная разница, а кардинальных отличий нет.

«Хорошие слова об ответственности сказал батюшка», – подумал я. Действительно, куда бы ни был направлен священник – в большой город или в деревню, в страну с православным или с инославным населением, – он, прежде всего, должен помнить о своем высоком призвании воина Христова и благовестника евангельской истины. Ведь не всегда блеск, красота и величие кафедральных соборов помогают в устроении священнического пути. Даже дорога к патриаршеству может начинаться со служения в приходском храме в провинциальном эстонском городке.

Муствеэ: Православие в старообрядческом окружении

Районы Эстонии, прилегающие к Чудскому озеру, именуются Причудьем. Здесь когда-то селились старообрядцы, бежавшие из России. И хотя сейчас конфессиональный состав Причудья неоднороден, регион по-прежнему считается одним из центров старообрядчества. Исповедует «старую веру» в основном русское население; эстонцев среди старообрядцев практически нет.

Город Муствеэ – самый большой в Причудье, с населением около 1,5 тысяч человек. Половина его жителей – русские, половина – эстонцы. Народ здесь довольно религиозный: в городе и его окрестностях около пяти старообрядческих храмов, есть лютеранская кирха, свои собрания у неопротестантов и сектантов – баптистов, пятидесятников, иеговистов. Даже православных храмов в Муствеэ два, причем один из них принадлежит Московскому Патриархату, а второй – Константинопольскому.

В Муствеэ я ехал прямым автобусом из Таллина – путешествие заняло чуть больше трех часов. На остановке, что напротив местного магазина, меня встретил отец Вячеслав Дмитриев, настоятель Никольского храма (Московский Патриархат).

Справка. Священник Вячеслав Дмитриев родился в 1974 году на северо-востоке Эстонии, в городе Кохтла-Ярве. Окончил Петербургскую духовную семинарию. В 2005 году рукоположен во диакона. Служил в Воскресенском соборе в Нарве. Спустя семь лет был рукоположен в иерейский сан с назначением настоятелем Никольской церкви в Муствеэ. С июля 2012 года является также настоятелем храма Покрова Пресвятой Богородицы в городе Нина.

– Семья у нас была в общем-то неверующая, родители в храм не ходили, – рассказал мне отец Вячеслав, когда мы беседовали с ним за чашкой чая в небольшой однокомнатной квартире, которую батюшка арендовал в Муствеэ. – После школы я пошел учиться на сварщика. Мое духовное взросление началось после знакомства с Пюхтицким монастырем. Там живет мать Параскева (сейчас схимонахиня), она отличалась строгостью, но умела к себе привлечь. Она-то и направила меня помогать в алтаре к отцу Вячеславу Куркину в Кохтла-Ярве. Где-то лет семнадцать мне тогда было. Мое стремление к вере оказалось настолько сильным, что всё вокруг стало неинтересным и захотелось уйти в монастырь. Тогда мне предложили поехать за советом к старцу Науму в Троице-Сергиеву лавру.

– Архимандрит Наум направил меня пожить в Николо-Шартомский монастырь, что в Ивановской области, недалеко от Шуи, – продолжает свой рассказ отец Вячеслав. – Я там жил с 18 до 20 лет, не выходя за стены монастыря. Затем пришлось съездить в Эстонию, чтобы получить новый паспорт – уже независимого эстонского государства. Снова вернулся в обитель, иногда ездил в командировки в Сибирь, помогал там строить другой монастырь. В общей сложности восемь лет я провел в обители.

Правда, монашеского пути отец Вячеслав не избрал, а в 2000 году, по благословению игумена Николая (Парамонова), настоятеля Троице-Сергиевой пустыни, поступил в Петербургскую духовную семинарию.

– Батюшка меня так напутствовал: иди в семинарию; может, и женишься, а если нет, я тебя приму. Я, действительно, женился. Моя будущая жена, Татьяна, уроженка города Пустошка Псковской области, как раз в это время училась на регентском отделении семинарии. Там, в Петербурге, мы и познакомились. Потом переехали в Нарву, и митрополит Корнилий рукоположил меня во диакона.

Служение диакона в нарвском соборе Воскресения Христова продолжалось до 2012 года, когда епископ Лазарь предложил диакону Вячеславу стать настоятелем Никольского прихода в Муствеэ. Предложение владыки он воспринял как послушание, выполнением которого стала иерейская хиротония, состоявшаяся в феврале 2012 года. До приезда отца Вячеслава в Муствеэ (в апреле 2012 года) богослужения в Никольской церкви примерно два раза в месяц совершал иерей Андрей Суслов из Йыхви. До 2008 года в Муствеэ настоятельствовал протоиерей Владимир Соколов (сейчас он служит в Алайыэ).

По словам моего собеседника, приход, в который его направил епископ Лазарь, оказался очень непростым. Виной тому – клубок из нескольких факторов: длительное отсутствие еженедельных богослужений, старообрядческое прошлое и настоящее региона и, вероятно, особый местный менталитет.

– В принципе, я был готов к трудностям, слышал о них раньше, – говорит отец Вячеслав. – Проблема ведь в том, что прихожан в целом всё устраивало: постоянного священника, проживающего в Муствеэ, у них не было, службы совершались редко. А то, что в храме почти не видно молодежи и некому сменить уходящее из этой жизни старшее поколение, актив прихода не очень-то и волновало. Вообще здесь в храме тяжело появиться новому человеку. Священник для многих прихожан – не авторитет. Люди даже не были приучены спрашивать благословение. Некоторые так рассуждали: сегодня один священник, завтра другой, послезавтра третий. Бывшая регент хора (она ушла со своей должности в апреле), ей уже около 90 лет, рассказывала, что восемь или девять настоятелей пережила. Отсюда и специфическое отношение к духовенству.

– С другой стороны, не будь этих бабушек, кто бы тогда помогал при богослужении? – задается вопросом настоятель. – Правда, я здесь себя чувствовал первое время гостем, но всё-таки надеюсь, что меня смогут «принять». Люди должны убедиться, что священник – это пастырь, а не корыстолюбец, который прибыл в их приход зарабатывать деньги. Мы продолжаем ремонтировать храм, уже практически выстроили приходской дом. Думаю, что и отношение ко мне становится другим.

Отец Вячеслав с воодушевлением рассказывает о своих планах. Его искреннее желание – чтобы прихожане в Муствеэ образовывались, узнавали больше о православной вере и богослужении. «К сожалению, многие не знают и не понимают богослужения», – сетует батюшка. Кроме этого, ему бы хотелось, чтобы дети в воскресной школе не только изучали основы христианской веры, но и могли бы что-нибудь мастерить.

– Например, космический корабль сделать и отправить его на другую планету, – улыбается отец Вячеслав. – Надо также создавать детский хор, тем более что в поселке есть музыкальная школа.

–Только как всё это будет осуществляться на практике? – с некоторым скепсисом спрашиваю я.

– Хочется надеяться, что с оптимизмом! – отвечает мой собеседник.

Впрочем, с оптимизмом батюшка говорит далеко не обо всём. Например, непросто перевезти детей из Нарвы в Муствеэ. Сын и дочь отца Вячеслава привыкли к нарвской школе, а его дочь к тому же занимается фигурным катанием (понятно, что в небольшом городке продолжать эти занятия вряд ли получится). На повестку дня также выходит жилищный вопрос: цены на недвижимость в Муствеэ настолько высокие, что, даже продав двухкомнатную квартиру в Нарве, в городке невозможно приобрести более-менее нормальный дом. Поэтому первое время батюшка арендовал однокомнатную квартиру, а сейчас живет (временно) в приходском доме в Нина. Вопрос с финансовым обеспечением священника тоже непрост: приход платит всего 200 евро в месяц, а что это за сумма для семьи из четырех человек…

– Иногда я езжу в Пюхтицкий монастырь, оттуда есть некоторая помощь. Иногда требы совершаю, но здесь они редко бывают, – объясняет отец Вячеслав. – Непросто, конечно…

– Какой же вы видите выход из этой непростой ситуации? – спрашиваю я.

– Я живу по воле Божией, – отвечает батюшка. – На Господа я полностью надеялся всю жизнь и никогда от этого не страдал, никогда не был голодным. Да, сейчас кажется, что непросто, но пройдет время, и всё устроится. Господь пошлет каких-нибудь людей или еще каким-то образом поможет.

– Конечно, непросто быть в старообрядческом окружении, – замечает отец Вячеслав. – Старообрядцы к нам негативно относятся, считают, что вряд ли православные миряне спасутся, а уж священники точно в ад попадут. Не желают с нами общаться. Минус и в том, что в таком небольшом городе две православные юрисдикции. Разделение никому не пошло на пользу.

Интересно, почему же Свято-Троицкий приход в Муствеэ ушел в юрисдикцию Константинополя? Ведь этнических эстонцев в нем почти нет. И вот такое неожиданное решение, принятое больше десяти лет назад.

– Даже точно и не знаю, почему это произошло, – признается батюшка. – Может, по экономическим соображениям, или же их что-то обидело. Иконостас из их храма у нас находится, они очень долго добивались, чтобы его вернули (еще до раскола), но почему-то не получилось. А сейчас уже жалко отдавать константинопольскому храму. К ним приезжает священник-украинец, служит два раза в месяц. В остальные дни они к нам приходят.

– По большому счету, зачем нам в Муствеэ два прихода? Одного вполне достаточно, – подчеркнул отец Вячеслав.

После беседы мы с батюшкой и его детьми немного прогулялись вдоль берега Чудского озера, хотя пришлось несладко: нас атаковали тучи комаров. На следующий день в церкви был престольный праздник: перенесение мощей святителя Николая. С утра отец Вячеслав совершил водосвятный молебен, потом отслужил литургию. Людей пришло немало, наверное не меньше 40 человек, причем не только женщины, но и мужчины среднего возраста. После богослужения прихожанам было предложено угощение, но многие люди ушли, так и не отведав чая с пирожками. Пришлось часть снеди забирать с собой.

После службы батюшку и всех певчих пригласила в гости Леся (эмигрантка из Украины), живущая в городе Йыгева, примерно в 40 километрах к западу от Муствеэ. Яства, приготовленные с искренней украинской щедростью, располагали к задушевной беседе. Мы говорили о перспективах Православия в Причудье, о том, что миссия важна не только среди русских, но и среди эстонцев, так как для Православия нет национально-этнических границ. Тем более что в Муствеэ, по словам отца Вячеслава, живут хорошие, работящие люди, которым некогда сплетничать и которые, вероятно, могут стать достойными прихожанами церкви, ответственными и порядочными. Отрадно и то, что в этом городе Причудья в церкви сейчас есть свой настоятель, искренность и молитвенность которого обязательно принесет добрые плоды.

(Продолжение следует.)


Источник: http://www.pravoslavie.ru/62206.html


Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками

Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками

Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками

Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками

Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками

Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками

Как сделать мягкую игрушку дракона своими руками